www.unuudur.com » Интервью с представителем Народной партии Внутренней Монголии Тумэн-Улзий

Интервью с представителем Народной партии Внутренней Монголии Тумэн-Улзий

[Нийтэлсэн: 11:14 02.08.2011 ]

www.gumilev-center.ru

Б. Тумэн-Улзий является председателем ячейки нелегальной Народной партии Внутренней (Южной) Монголии в Монголии. Б.Тумэн-Улзэй родился в западном Бааринском хошуне, в местности Гургуултай в 1960 году в семье скотовода Буянмэнд, тайджи (дворянина) по происхождению. Окончив монгольскую среднюю школу в Байшине, поступил в Педагогический университет Внутренней Монголии, в 1984 году получил там диплом по специальности «монгольский язык и литература». Работал журналистом в журнале «Педагогика Внутренней Монголии». В 1994-1995 гг. учился в Японии. Написал много повестей, рассказов и статей, которые вызывали бурные дискуссии во Внутренней Монголии. С 2005 года проживает в Монголии.Я жив!

– Слышали о вас недобрые новости… Расскажите, пожалуйста, подробно об этом для тех, кому ваша судьба небезразлична.

Б.Т.: Да слышал что, “я умер в Монголии”. Эту “новость” распространили по всему свету. Из Токио по скайпу связался со мной друг, рассказал, что получил такое известие из Вашингтона. За последние годы про меня всякое наговорено. Якобы сбежал в Бурятию, сидит в монгольской тюрьме, тяжело заболел, избит китайцами, вернулся в Японию, женился и уже два сына родились. 1 октября прошлого года, еще одно известие разлетелось в разные стороны на сей раз с “очевидцами” – видели мое мертвое тело на улице Улан-Батора.

Мой анда, который живет в Хухэ-хото, позвонил в соответствующее ведомство и узнал, что я жив. Братьям и сестрам моим тоже стало не по себе от этой новости. Самую последнюю версию – “погиб в автомобильной катастрофе”, в дни этого Белого месяца усиленно распространяли по городу и по худонам (сельской местности). В ту ночь, когда мои (жена и дочь) вернулись из Улан-Батора в Хухэ-хото, в наш дом пришли двое и удостоверившись в том, что я жив, вернулись обратно с облегчением. Связать свое имя со смертью не так трудно, но не каждый захочет, мне кажется. Видимо, настало время раздавать интервью. Я читаю и слушаю написанное на разных сайтах обо мне. Читатели мои, народ мой не забыл меня, услышав нехорошую известию про меня, беспокоятся обо мне, за что я очень благодарен.

Я не умер, я жив. Я умру, но не настало время, т.е. еще не достаточно прожил. С каждым может случиться такой взрыв сплетен, но со мною это случается чуть ли не каждый месяц в последнее время. Считаю, это мне угрожают таким образом. Для такого человека, как я, который выбрал такой путь, это не очень-то хороший метод! Я начал думать о смерти еще десять лет тому назад. Человеку, находящемуся в душевном смятении, смерть – это хороший путь и облегчение. Каждый человек только сомкнув навечно свои глаза расстанется со всеми муками света. Каждый день это шаг к собственной смерти, хочешь не хочешь, но это так и есть. Если подумать глубоко, смерть не так страшна. Только тому кто не думает и не умеет мыслить или ленится подумать, смерть кажется страшной. В этом мире только смерть является самым “равным правом” каждого человека. Случится она ему только один раз.

– Во Внутренней Монголии есть много людей, которые вспоминают вас. Почему же Вы решили покинуть родину?

Б.Т.: Уйти это один типов сопротивления, сопротивление слабых людей. Это действительно сопротивление, если подумать, что я не стал скакуном колониального правительства или сторожевой собакой. Есть монгольская пословица “лучше умереть стоя, чем жить преклонившись”. Конечно, в нескольких словах не охватить все причины моего ухода. В дальнейшем будет время все объяснить.

Чингисхан получил «двойное гражданство»

– Один миг и уже несколько лет прошло. Как у вас жизнь? Читал, что в Монголии экономическое развитие слабое, бедность и безработица процветает.

– Когда-то я мечтал прожить в независимой Монголии хотя бы три месяца. В 2005 году я приехал сюда в качестве профессора-гостя в Монгольский государственный университет на один год. Сейчас уже пятый год начинается. Да, Монголия пока слабо развита и бедна. Только по градостроительству в последние 10 лет Хухэ-хото далеко вперед ушел от Улан-Батора. Но такому человеку, как я, который мечтал о стране, где от президента до безработного – все монголы, здесь лучше жить, чем коротать дни в Хухэ-хото, города, в котором на каждом шагу заметно снижение удельной доли коренного монгольского населения в сравнении с ростом китайского.

Монголия – молодая демократическая страна, учится демократии, но вперед ушла от Китая в этом направлении на целых двадцать лет. Монгольские 76 (число членов Великого Государственного Хурала) “каждый день ругаются”, но не бьют друг другу морды как корейские парламентарии и не сверкают ножами как тайваньцы. Монголы достаточно быстро учатся демократии. Для человека самое главное – это свобода. Не скажешь, что человек счастлив, когда говорить запрещено и продвигаться нельзя, хотя кушаешь сладко и исправляешь другие естественные надобности…. Тем более образованному человеку.

Посмотрим на примере Интернета, который является большим мозгом, средством продвижения, и продуктом, пищей для современного человека. Если, скажем в Китае скорость быстрая, то в Монголии нет цензуры, свободный доступ к любым ресурсам. В Монголии продукты в дефиците, в Китае в изобилии. Но в Китае они выращены на химикатах. В пищу употребляют почти яд. А в Монголии весной посадят в чернозем, поливают дождем от Хана Хурмаста (небесное божество). На рынке монгольская картошка дороже китайской в несколько раз. В котле сильно различаются, потребители узнают сразу. Таких различий много.

Насчет меня, все так же занимаюсь книгами, писаниной. Хотя нет новых опубликованных книг, немало готовых или созревших. Опять же различия. Здесь издательств немного и они маленькие. Но книги значительно содержательнее. Начиная от запрещенных в Китае воспоминаний Далай-ламы и Гитлера, до мемуаров нового президента США Барака Обамы, все переведено на монгольский язык и продается. Об этом даже помыслить невозможно во Внутренней Монголии. Про различия приведу еще один свежий пример.

Чисто научная работа монгольского историка О. Батсайхана, “Монголы – на пути становления независимого государства” (г. Улан-Батор, 2007 год) вышла в АРВМ в 2009 году, под названием “Монголия – на пути становления независимого государства”. Хотя изменено всего лишь одно слово, смысл стал совсем другим. Если сказать коротко, превращая название национальности в название государства, полностью выдержали ту политику китайцев, по которой независимость не касается внутренних монголов. Еще из этой книги изъяли одну главу “7. Позиция правительства Богдо-гэгэна по панмонгольскому вопросу”.

Движение за создание панмонгольского государства, в котором активно участвовали южные монголы и буряты, имело место в 1919 году. Прошло почти сто лет. (За этот срок закончились 2 мировые войны, а если считать холодную войну – то три, обрушилась коммунистическая система, покрывавшая полмира и остались несколько обломанных кирпичей от нее. На эти 4 темы написаны масса книг, и если по ним раскладывать, то можно превзойти даже китайскую стену.) Однако тема панмонголизма до сих пор находится под запретом в КНР.

Если даже КПК и китайцы что-то не запрещают, то “политизированные” (может подходит слово манкуртизированные) в высшей мере, монголы избегают эту тему до сих пор. Может некоторые скажут, что одно изъятое слово и одну изъятая глава не страшно, хорошо хоть вообще издали. Но из этого видно наше действительное положение и наше право. Здесь я хочу отметить, что Китай сейчас промывает мозги нашим монголам таким образом. Монголия Чингисхана стала в средние века Монголией Бато-Мункэ даян-хана, а сейчас – китайской. Это мол логический процесс, как Китай Цинь Шихуанди стал Китаем Ху Цзиньтао. Чтобы расширить эту мысль, китайцы объявили нашего Чингисхана, который никогда в своей жизни не был внутри китайской стены, китайским императором. Если выразиться по современным понятиям, наш славный предок, оказывается, имел двойное гражданство.

Мы – не партия чиновников и председателей

– Многие люди огорчились, сожалели, или поддерживали, когда узнали что Вы примкнули к “сепаратистам” за границей. Некоторые говорят, что люди с таким взглядом (сужу по вашим книгам), рано или поздно вступят на такой путь. Что случилось в действительности, и почему Вы вступили в Народную партию Внутренней Монголии?

Б.Т.: Видимо люди думают, что я примкнул к “сепаратистам” из-за давления, или личной выгоды. Проясню некоторые моменты. Я вступил в НПВМ в августе месяце (сейчас не помню день) 1981 года. Это было примерно за месяц до выступления движения студентов-монголов. Один человек познакомил, один рекомендовал, третьего лица не знали. Таковы были условия, потому что репрессии были страшны. Если посудить, человек закончивший наш университет позже меня на десять лет, тоже стал членом этой партии, то станет очевидно, что партия никогда не прекращала свои действии внутри студентов.

Потом в 2005 году я узнал, что в то же самое время другая партия действовала во время студенческого движения в 1981 году. Все эти партии и оппозиции Внутренней Монголии объединились в 1997 году и стали Народной партией. Хотя мы разделены временным отрезком от наших отцов и дедов, создававших Народную партию Внутренней Монголии в 1925 году, мысли и цели у нас остаются прежним и основание нашей партии по праву должно считаться продолжением тех славных дел наших отцов. Я никогда не отрекался от своей клятвы, данной при вступлении в ряды партии.

Были среди вступивших в партию вместе со мной и такие, кто стал агентом и подручным колонизаторов. Очень позорно признать такие факты, и особенно досадно, когда такие поступки не вызывают удивления и возмущения. Я хочу, чтобы народ наш понял нашу цель. Конечно, колонизаторы не пропускают о нас ни малейшей информации для широких масс, народ питается разного родами слухами в основном. Наша партия ставит цель, чтобы наконец стать хозяевами своей родины и руководить сами своей страной. Тут нет место террористам, фанатикам и т.п.

Социальная база партии? Учитель из глухих аилов, куда даже электричество не проведено, который всю жизнь учил детей монгольской грамоте, мелкий чиновник нижней ступени, который пытается хоть что-то полезное сделать, пока не сдал свои позиции, интеллигент, который сидит до полуночи, чтобы просвещать свой народ, все эти люди, у которых в груди бьется монгольское сердце, переживая за судьбу своего народа. Простые люди с хорошими качествами и в тоже время со своими недостатками. Хотя у нас нет великого вождя и правительства в изгнании как у тибетцев, я хочу чтобы все южные монголы сплотились вокруг знамени нашей партии, которое многое пережило за всю ее историю. Это не партия чиновников и председателей, это партия всех монголов Внутренней Монголии. Прежде чем критиковать их недостаток активности или еще что-то, самим надо примкнуть и отдать свои силы делу свободы нашей родины.

Да, НПВМ не смогла изгнать оккупантов со своей родины, не принесла демократию во Внутреннюю Монголию, в конце концов не смогла уберечь и высвободить Хада от тюрьмы (я не понимаю тех людей, которые заявляют, что мы монголы, если что и сделаем, то только большое дело, а иначе ничего не будем делать, с этой позиции они относятся к нашей партии), но мы работали. В последние годы мы знакомили с ситуацией во Внутренней Монголии американцев, европейцев. Проводили несколько акций.

– Как Вы оцениваете интеллигенцию Внутренней Монголии?

Б.Т.: Я сомневаюсь, что во Внутренней Монголии теперь есть интеллигенция, как социальный слой. Конечно, есть образованные люди и “интеллигенция”. Интеллигенция это не те, кто получил образование, а те, кто стремится к правде, как сказал однажды мыслитель Саади. В 50-60-е годы у нас действительно была интеллигенция, Чандамани, Му-Нохой, Тубшин. Потому что по решению Дэ вана (Дэмчиг Донров, князь, правитель Внутренней Монголии в 1940-х) и Буянмандаху, многих молодых людей отправили в Японию, где они получили самое передовое образование и стали ядром той интеллигенции. Еще жива была память о патриотах Дамдинсурэне, Тогтохо, Бабужабе, Гончигсурэне, Гада мэйрэне. Понятие о правде еще не было извращено. В годы коммунизма выросло целое поколение, которое получило массовое высшее образование, но эти люди уже потеряли стремление к правде. Репрессии против инакомыслящих с одной стороны и экономическое поощрение с другой стороны воткнули им в рот курдюк. Они не то, чтобы пикнуть, даже вздыхать перестали. Все общество гнило и думает день и ночь только о деньгах и теплом месте в чиновничьем аппарате. Скажем несколько слов в адрес так называемой “интеллигенции”. Их моральный упадок будет еще похлеще, чем чиновничий произвол, который ныне на всю катушку творится у нас. Их призвание спасать свой народ от тьмы невежды, а они сами погрязли в том болоте по шее. Преподаватель университета гордится тем, что дружит с коррумпированным чиновником, ходит с ним на улице красных фонарей, выпивает за одним столом. Те, которые не могут так, завидуют им. Я бы не стал говорить, если такая проблема существовала в незначительном размере. Но как раз сегодня таких стало большинство, и я не могу промолчать.

– Если бы Вы не ушли, как продолжалась бы та дискуссия, которая разгоралась вокруг ваших книг?

Б.Т.: В действительности она была остановлена еще до моего ухода, я-то хотел, чтобы она продолжалась. Дискуссия вокруг моих книг, это те же темы о пастбище, о монгольской культуре, о праве человека, и национальная тема. Некоторые критиковали меня, что я “ругал своих монголов”, но я описал тех манкуртизированных новых монголов под колониальной властью. Дискуссия – это одно из главных достижений демократии. В дискуссиях рождается истина, многим она открывает глаза. Конечно колонизаторы этого не хотят и не разрешат. Дэн Сяопин инициировал такого рода дискуссии и пришел к власти. Но как только взял власть в свои руки, запретил свободные дискуссии и всех инакомыслящих отправили по тюрьмам. Если в самом Китае дела обстоят так, что говорить о Внутренней Монголии. Видно что они хотят держать нас еще под перевернутым котлом.

– Вы много раз упомянули в своих книгах Дэ вана. Кем является по-вашему Дэ ван?

Б.Т.: В книге историка Жагачид Сэчэна “Дэ Ван, которого я знал и Внутренняя Монголия того периода” в последней главе описан такой случай. Старый друг Дэ вана, американский монголовед Оуэн Латтимор, во время своего визита в КНР в 1972 году читал лекцию в центральном национальном университете Пекина. Когда он начал говорить про Дэ вана, встал один студент из Алашани, и заявил, «Вы не имеете права говорить об этом человеке, Вы говорите неправду». Этот эпизод ярко показывает, в каком положении было образ Дэ вана многие годы. До сих пор, мы не можем говорить о его деятельности, мечтах, а можем просто упомянуть его. Все по-прежнему под запретом. Я думаю, что Дэ-ван является ключом к разгадке истории ХХ века Внутренней Монголии. Если мы не сможем его правильно оценить, то не можем понять свое настоящее и построить будущее. Я уважаю его больше, чем Чингисхана или Бато-мункэ даян-хана. Потому что те двое стоят от меня далеко в прошлом, в тумане историческом они более мифические образы для меня. А Дэ-вана я могу почувствовать, видеть и слушать.

Я читал немало биографий разных политиков, но из них только биография Дэ вана, вызывает у меня глубокое сочувствие и боль внутри. Этот человек играл самую драматическую роль многосерийной исторической трагедии ХХ века. Чтобы восстановить государство своего славного предка, он перешел “границу” но был экстрадирован из Трехречья в китайскую тюрьму. Я немногое требую от ученых мужей Внутренней Монголии. Пусть же они хотя бы не очернят его в один голос с китайцами.

Независимость сама не придет

– Как Вы себе представляете будущее Внутренней Монголии?

Б.Т.: Я верю что Внутренняя Монголия еще не “закончилась”. Не закончится, не смогут закончить. Еще есть время от того как кричать «волк!» и до последнего барана. Если считать с покорения маньчжурами, то уже 350 лет мы находимся в положении колонии. После падения Цинов, более коварные и “цивилизованные” чужаки засели на наши головы. И те и другие хотели нас поглотить и быстренько “переварить”. Но посмотрите, и сегодня из окон монгольских школ, раздаются – а, э, и. Прошлой осенью много детишек переступили порог младших классов. Если будем считать, что эти дети будут жить 60-70 лет, то до тех пор в этих краях будут люди, говорящие по-монгольски, уважающие свои традиции.

За эти 70 лет, что может не измениться в Китае и в мире целом? Думаете, до тех пор КПК будет единолично властвовать в Китае? Я думаю, нет. Есть вещи, которые даже желудок грифа не может растворить. Нынешний Китай как не старается, все равно не сможет осилить Тибет, Уйгурию и Внутреннюю Монголию, которые отличаются от китайцев по всем параметрам. И сейчас уже не время сяньби, чжурчжэней… “Северные варвары” давно уже перестали быть тем человеческим стадом, представитель которого, вооружившись луком и стрелой, охотился на “дивных” китаянок и грабил зерновые. Есть ученые китайцы, которые считают что основным источником политической дестабилизации сегодняшнего Китая, является тот факт, что, свергнув маньчжуров, китайцы не образовали чисто свое национальное государство. Убрав многонациональный оттенок (выйдя из состава СССР), Россия заметно ускорила свое развитие.

Хотя сейчас Китай грабит природные ресурсы Внутренней Монголии, Синьцзяна и Тибета, это является всего лишь временным явлением, так как в будущем развитие страны не будет опираться на природные ресурсы. Я хочу отметить что среди наших монголов есть одно ложное представление о том, что независимость достается ценой непомерных человеческих жертв. Ноги у этого представления растут с той идеологии китайцев, которая промыла мозги нашим южным монголам. Может быть, еще повлиял тот романтизм в нашей литературе. На уроках истории в китайской школе, учат что угнетенные народы Азии и Африки, ведя беспощадную борьбу с захватчиками методом партизанской войны, приобрели независимость. На самом же деле “угнетатели” сами ушли оттуда. В “год независимости” Африки в 1960 году 17 государств объявили свою независимость и это составляло ¾ населения и две трети территории континента. Великобритания, когда время настало, молча ушла из Индии, Палестины, Малайзии, Бирмы. И даже Советский союз, который выглядел крепче, чем его Т-34, в 1991 году рухнул в одночасье и 14 его республик получили независимость за одну ночь. В то же самое время на Балканах появились несколько новых государств. Самое младшее государство земного шара Косово, только что зажгло свой очаг.

История этих двух миллионов албанцев очень похожа на историю южных монголов. В 1945 году монголы провозгласили свою независимость, но большой народ оккупировал его и сделал их автономной областью. Что я хочу сказать этим. А то, что независимость приобретается не только кровавым путем, а в большинстве случаев в результате политических решений. Посмотрим на самом близком примере. Хотя в истории этой страны были эпизоды, изгнание маньчжуров и освободительная война против Юань Ши-кая, создание народной революционной армии, бои на реке Халхин-гол, все случаи, когда применялось оружие, не эти эпизоды принесли независимость этой стране. Просто по геополитическому интересу старому грузину Сталину “нужен был этот клочок земли”.

Даже на китайском примере это видно. Они не сами изгнали японцев, за них японцев сжали с двух сторон американцы и СССР. Немного отходя от темы, напомню, как после поражения Японии, китайцы между собой очень даже “героически” схватились и после 4 лет кровавой резни, стоившей 20 миллионов жизни, китайский народ поставил на свою голову адептов компартии, разновидность фашистов, которые позже еще больше крови пролили.

Конечно, я не говорю, что если вы будете сидеть дома, выпивая архи и распевать песни, то независимость сама придет. Я твердо уверен, что колониальный режим и дни коммунистов одинаково сочтены. Как в свое время человечество оставило феодализм. ООН объявил 2001-2010 десятилетием “уничтожения колониализма”. Такие новости не распространяются во Внутренней Монголии вовсе или достигают с цензурным исправлением. В 2007 году ООН объявила декларацию “о праве аборигенов”. По этой декларации, китайцы должны спрашивать наших монголов, чтобы откопать из нашей земли хоть на одну лопату. Хотя сегодня китайцы не признают международное право, придет время и они будут вынуждены признать, если только они не улетят на другую планету! Если вы верите, что когда-нибудь в Китае наступит эра демократии, не сомневайтесь, что тогда монголы действительно будут хозяевами своей страны. Это две стороны одного события.

Если чуточку ослабят вашу привязь, то чуточку и пошевелитесь

– Если придет тот час, о котором Вы говорите, не так поздно, скажем лет через десять-двадцать, что мы должны делать до тех пор?

Б.Т.: Только тогда, когда в Китае демократия установится, можно будет говорить о независимости Внутренней Монголии, до тех пор не вижу никакой возможности. Мы ждали это еще с республиканского периода. Если бы в 1949 году не победила КПК, можно было бы наши чаяния воплотить немного иначе. В последние тридцать лет мы видели, как китайская экономика развивается быстро на наших глазах. Это развитие является предпосылкой политических перемен. В первую очередь, мы должны сохранить свой язык и культуру. И повысить свое образование. Это прежде всего, долг тысяч и тысяч простых монгольских семей. Наша история текла таким образом последние 350 лет. За границей наши южные монголы много чего могут сделать, но те, которые проживают на своей земле, делают гораздо больше в этом деле. Отдавая своих детей в монгольские школы, разговаривая по-монгольски, живя монгольскими обычаями, эти люди совершают великий подвиг. Не надо бояться, что некоторая часть ассимилируются. Это закон природы. Может быть, через несколько лет на севере Китая появится новое государство, граждане которого будут говорить по-китайски, но заявят себя потомками Чингисхана. Конечно, это самый худший вариант и мы не должны хотеть таких результатов.

– Каково сейчас положение внутренних монголов за границей? Какие работы они проводят на международном сообществе?

Б.Т.: Во-первых, нас мало. Говорят же, качество от численности. Бывают люди, не знающие свою родину, свою культуру. Я сомневаюсь, что такие люди будут что-то делать для Внутренней Монголии. Международное сообщество перестало считать, что во Внутренней Монголии нет национального вопроса. Даже госпожа Рабия, глава Всемирного конгресса уйгуров, во время своего визита в Японию и в Австралию, после событий 5 июля прошлого года, не разу не упомянула о внутренних монголах, все говорила о народах Тибета и Уйгурии. Это с одной стороны, последние 20 лет экономика Внутренней Монголии сравнительно быстро росла, а с другой стороны, южные монголы за границей не имеют своего правительства, как тибетцы, или не так религиозны, как уйгуры, чтобы объединяться на этой почве. То, что во Внутренней Монголии проживают уже 20 миллионов китайцев, стало еще одной причиной заявления о том, что во Внутренней Монголии нет национального вопроса. Если считать, где процент китайцев перевалил большинство, там исчез национальный вопрос, то очень скоро в Тибете и в Синьцзяне не будет национального вопроса. Потому что практику Внутренней Монголии сейчас полным ходом осуществляют в тех краях.

На самом деле с появлением пришлого населения и появляется национальный вопрос. Национальный вопрос в Китае – это борьба малых народов за свою независимость и репрессии против них. В традиционной китайской культуре всех некитайцев считают своими противниками. Та же культура и остается поныне, где даже название некитайских народов фиксируют иероглифами с уничижительным смыслом. Хотя они “признают” на словах что Китай многонациональное государство, на деле никогда не придают этому тезису реального содержания. Термин многонациональность придумал Сунь Ятсен по политической причине. Национальный вопрос в Южной Монголии ставится еще острее, чем в Тибете и в Синьцзяне. Потому что тут процент китайцев крайне высокий, во всех ступенях общества китайцы доминируют, культурная ассимиляция идет полным ходом.

Если честно, во Внутренней Монголии уже нет того пространства, чтобы проводить такие крупномасштабные акции, как в Тибете и в Синьцзяне. Поэтому я призываю международное сообщество обратить внимание на ситуацию во Внутренней Монголии. И я хочу отметить и другое. После становления демократии в Китае, может быть, положение внутренних монголов будет лучше, чем в Тибете и Синьцзяне. Достаточно высокий процент образованности несомненно послужит позитивным фактором. Колонизация с одной стороны ассимилирует, а с другой стороны открывает людям глаза. Когда в Китае наступит время демократии, нынешние проводники политики колониализма, растлители монгольской культуры станут обратно патриотами и монголами. Может быть, они станут еще более радикальными националистами, чем я. Это люди потребительского толка. Для них маяком в жизни является слово “прибыль”.

– В этом году выходит на свободу Хада, что Вы скажете о нем?

Б.Т.: Хада – пионер демократии и символ нашего национальной идеи. И еще живой пример мужества настоящего монгольского мужчины! Целых 15 лет проведя в тюрьме, он не склонил голову перед китайскими оккупантами. Я не знаю второго такого примера. Хотя основанный Хада, “Южномонгольский демократический союз” имел “28 членов”, он отличается от стихийного народного движения как, например, “студенческое движение 1981 года”, тем что, ставил более далекую цель. Мы можем говорить, не стесняясь, что мы нация с героем. Я молюсь за здоровье Хада.

– Несколько слов для своих читателей.

Б.Т.: Наверное не бывает человека, который ничего не боится. Но я скажу, не бойтесь того чего не следует бояться. То что сделал Р. Эрдэмту, Го. Саинбаяр*, каждый монгол может делать, и должен делать. Из-за этого вы не потеряете пост чиновника, вас не будут вызывать в тайную полицию. Мы должны стать Эрдэмту, Саинбаяр, прежде чем стать Дамдинсурэном, Тогтохо, Гада мэйрэном. Такие возможности открыты. Чувствуем же свое время. Если китайцы хоть чуточку ослабят вашу привязь, то чуточку и пошевелитесь. Это слово отчаянного человека.

24 февраля 2010.

* Справка:

Р. Эрдэмту, Го. Саинбаяр протестовали против того, чтобы делопроизводство государственных учреждениях велось только на китайском, подав соответствующие жалобы в суд.

Р.Эрдэмту чиновник в Эрляне, председатель педагогического бюро. Го. Саинбаяр был директором педагогического колледжа. Оба пишут стихи и эссе.

После их выступления в АРВМ начали вести делопроизводство и на монгольском языке.



Шинээр

Fitch Rates Mongolia’s Proposed USD Bond ‘B-(EXP)’
[Нийтэлсэн: 17.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
Copper price: Rio slashes production guidance
[Нийтэлсэн: 17.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
Aspire Mining receives landmark mining licence
[Нийтэлсэн: 10.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
Russia Should Love Climate-Change Deniers
[Нийтэлсэн: 09.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
Chinese companies to build 700 coal plants in and outside China
[Нийтэлсэн: 09.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
The Lost World of Genghis Khan
[Нийтэлсэн: 07.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
Mongolia names biker enthusiast PM, kick-starting IMF rescue package
[Нийтэлсэн: 05.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]
‘We Don’t Exist’: Life Inside Mongolia’s Swelling Slums
[Нийтэлсэн: 03.10.2017 ]
[Эх сурвалж: ]

Get Flash to see this player.